Ⅰ. Краткое досье.
● Имя: на русском | на англ.
Шейн Мориссей l Shane Morrissey

● Прозвища:
Нету

● Дата рождения:
13.05.1985, 27 y.o.

● Место рождения и проживания:
Дублин, Ирландия
Джексонвиль, Флорида

● Ориентация: би, гомо, гетеро
Гетеро

● Место работы/учебы: указываем место работы и должность, если студент, то специальность, на которой обучаетесь.
Терапевт в городской больнице.

● Внешность: на русском | на английском
Одетт Эннэйбл l Odette Annable

● Отличительные черты: татуировки, шрамы, родинки на попе и т.д.
Татуировка на спине.
Ожог на левом запястье.

● Любит:
▪ оказаться в том самом ряду пробки, который едет быстрее всех;
▪ шум дождя;
▪ горячую ванную после рабочего дня;
▪ ряд бутылок с самым разным алкоголем, который стоит на кухне;
▪ когда пациенты поправляются.

● Не любит:
▪ упрямство;
▪ самолеты;
▪ ложь.

Ⅱ. Характер персонажа.
● Повадки, привычки, пристрастия: в форме тривиа.
▪ проговаривает про себя надписи на рекламных счетах и вывесках;
▪ вечером в пятницу покупает обезжиренный капуччино с корицей в Starbucks;
▪ по выходным девушка открывает капот своего старого Фольксвагена и приводит его в движимое состояние до следующих выходных;
▪ после неудавшегося рабочего дня она может побаловать себя травкой. Медики, они такие.

● Навыки, таланты, умения: Не надо писать, что у Вас черный пояс по карате, если это не оправдано биографией.
▪ она любит листать справочник болезней и выискивать редкие виды с мудреными названиями;
▪ самостоятельно изучает испанский язык;
▪ бегает после работы, когда нет ночной смены.

● Страхи, болезни: У всех людей есть страхи, давайте оценивать ситуацию трезво. Про гайморит писать не надо, но если есть серьезная болезнь, стоит отметить это.
Единственный страх – ее собственный мозг. Шейн уже много лет боится, что ее болезнь, так удачно удаленная из головы, может вернуться и нанесет непоправимый ущерб здоровью. Но еще сильнее она боится того факта, что процент летального исхода очень велик.

● Подробное описание:
-Я хочу подобрать себе духи, которые отражали бы мою личность: резкая, бесстрашная, умная, преданная, заботящаяся о друзьях, безжалостная к их врагам.
-Вы духи покупаете или характеристику пишите? ©Women

Ее нельзя сравнить с духами, которые открываются в три ноты. Парфум имеет несколько компонентов, но все они, так или иначе, дополняют друг друга. Она же соткана из нитей противоречия. Я бы осмелилась сравнить ее с днем. С днем, от которого не знаешь, чего ожидать. Который может принести разочарование и грусть. Или надежду. Она – утро: прохладная, чистая, искренне ясная, не знающая, чего хочет. Прозрачная, как роса. Без масок и пелены. Немного растерянная, открытая и верящая. И как с восходом солнца лучи теплом обдают землю, так и она готова согреть и обнять.
Она – полдень: немного резкая и отважная, светящаяся. Самодостаточная и непокорная. Слишком гордая, чтобы это казалось правдой. Лукавая.
Она - вечер: спокойная и безмятежная. Покорная и смиренная. Она разная и ей самой невероятно сложно с этим мириться.
Она умна, но делает глупые ошибки. Оступается чаще, чем того требует случай, просто потому, что любит ломать систему. Она бунтует внутри, борется и, в первую очередь, с самой собой.
Она независимая, но даже ей нужен тот, кто смог бы усмирить.
И, порой, ей кажется, что глаза уже просто ничего не видят. И тело само по себе, а она – сама по себе. А огонь впереди уже не греет, но она все равно идет на него, потому что только таким образом возможно хоть что-то спасти в себе. Она не кричит, чтобы ее услышали, потому что люди рядом, но, Господи, как далеко. Она одинока, но далеко не одиночка. Она очень сильная и, вместе с тем, невероятно слабая. Обжигающаяся, но продолжающая подносить руку к огню, потому что он красивый. Потому что он теплый, он кажется безопасным.

Ⅲ. Биография.
● Близкие родственники:
Отец – Джерард Мориссей, 53 y.o. - преподаватель теории права в Ирландском национальном университете в Мейнуте;
Мать – Бьянка Каликсто , 51 y.o. – служащая в Национальном Банке Ирландии.

● Био: допускается формат тривиа
-Она родилась в Ирландии, стране людей, имеющих цели и добивающихся их. Но девушка никогда не любила свою родину, и пуская она говорит с едва заметным акцентом, даже его Шейн пытается искоренить.
-Ее отец, Джерард Мориссей, родился ирландцем, хотя его родственники пришли на эту землю с берегов Франции. Он педантичен и строг, даже к единственной дочери, что взрастило в Шейн  внутреннюю обиду за недостаток отцовского тепла.
-Мать, Бьянка Каликсто, коренная кубинка, яркая женщина с великолепной внешностью и легендарным кубинским темпераментом. Как эти двое нашли друг друга – до сих пор остается тайной.
-Шейн окончила Дублинскую школу для девочек без отличия, чем заслужила еще одну горстку нагоняев от отца.
-Школьная программа была ориентирована на гуманитарные науки, но девушка посещала факультативы биологии и математики. Была капитаном команды по крокету.
-Семья Мориссей хотела второго ребенка и много лет не покидала надежду, пока однажды, когда Шейн было пятнадцать, ее матери поставили диагноз – болезнь матки и как Бьянка не старалась, все заканчивалось выкидышами.
-Вопреки всем козням отца, девочка росла в тепле и заботе, которую давала любящая мать, пока не пришло время поступать в университет.
-Благодаря связям Джерарда, Шейн поступает на первый курс юридического факультета, бюджет.
-Первый год прошел удачно, хотя вряд ли можно назвать удачным тот факт, что девушка посещала занятий меньше, чем пальцев на руках. И хоть она тянется к точным наукам, но ее желанием была не юриспруденция.
-Наверное это нормально, когда дети начинают бунтовать. Потому что перед началом второго курса девушка забирает документы из университета. Но куда там, без работы, денег и жилья ей приходится позабыть о самостоятельности еще на год и послушать наставления матери. Она заканчивает второй курс.
-Когда Шейн исполнилось девятнадцать у нее была обнаружена фиброзная менингиона - опухоль головного мозга. Ей был присвоен второй уровень злокачественности ,что означало : менее благоприятный прогноз и более частая рецидивность.
Прогноз врачей не был оправдан и опухоль, вопреки проведенным способам
Предотвращения, продолжала расти. Операция была неизбежна. Проблему
составляло так же то, что края у опухоли были не ровными и это
препятствовало ее полному удалению. Но врачи по праву заслуживают звание
волшебников. Молитвы родителей были услышаны и старания хирургов
вознаграждены. Опухоль была удалена на 99%. После операции были проведены
соответствующие восстанавливающие процедуры и наступила ремиссия.
-Это стало роковым моментом в ее жизни. Одним из тех, когда ты оборачиваешься назад, переосмысливая пройденный путь, а затем смотришь вперед, обдумывая предстоящую дорогу. После выздоровления девушка окончательно принимает решение и, уходя с факультета юриспруденции, уезжает из страны.
-Следующие несколько лет были трудными, но не пустыми. Девушка поступает на второй курс медицинского факультета Вашингтонского университета в Сент-Луисе. Она много раз меняла работу, параллельно изучая внутренности человека.
-На протяжении четырех лет девушка не разговаривает с родителями. Отец не ищет встречи с ней, а мать постоянно напоминает о шатком здоровье дочери.
-Шейн заканчивает университет с отличием и уезжает в Куантико, Виргиния по рекомендации ее преподавателя. Она проходит интернатуру, а затем уезжает в Джексонвиль, Флорида, устраиваясь терапевтом в городской больнице.
-Девушка снимает квартиру в спальной части города, водит старый Фольксваген, купленный на собственные деньги, и заботится о лабрадоре Бейбе, который и стал ее семьей.

Ⅳ. Технические моменты.
● С правилами ознакомился (-лась), обязуюсь соблюдать и не имею претензий к АМС. Ваше согласие или несогласие.
Согласна.
● Связь с вами:


Есть у администрации.
● Пробный пост: Можно с другой ролевой, администрация и игроки будут иметь представление о том, каков Ваш уровень игры.
Она бежала, в своём пёстром хлопковом сарафане, босиком по тропинке сквозь поле. Развевающиеся локоны, раскачивались на лёгком, еле заметном, ветру, как на качелях. Стараясь не сбить дыхание, неслась вверх по склону холма. Трава расступалась перед ней, взволнованно покачиваясь из стороны в сторону, словно недоумевая, куда можно так торопиться в такое прекрасное утро. Не останавливаясь ни на секунду, по маленьким острым камешкам в саду мимо яблонь, отталкивая набухшие бутоны цветов, растущих по обеим сторонам дорожки.
Она остановилась только на пороге, застыв с вытянутой рукой, которая готова была в любой момент повернуть ручку и открыть дверь. Бесшумно и плавно отворилось деревянное полотно. Оставляя следы грязи и песка на дощатом полу, она прошла внутрь. Мимо кухни, где варился суп и пахло свежо нарезанными овощами. По лестнице, тихо поскрипывая половицами, наверх. Зашла в спальню, прыгнула на кровать и, уткнувшись в подушку, разрыдалась.
Это был тот день, солнечное утро, когда мальчик, так сильно понравившийся Шейн, сказал ей, что ему не нравятся слащавые гадкие утята. Забавно, тогда ей казалось, что это самое большое горе и никто ее не понимает. Если бы это и вправду оказалось самым плохим, что могло случиться в ее жизни. Время быстро пролетело, ее сердце еще не раз замирало при виде юноши и до выпускного вечера она не имела желания даже водиться с мужским полом, так сильно ранило ей душу. Так тривиально и смешно, когда ты оглядываться в прошлое. Ты смотришь назад и понимаешь, как глупо поступила тогда и как стоило бы сделать. Рациональное мышление тогда, казалось, отсутствовало напрочь. Гордость, уверенность, самолюбие. Где это все, что сейчас так взросло в ней? Тогда она казалась себе очень умной и рассудительной, а теперь понимает, что даже пять лет назад Мориссей была лишь пустым полотном, на которое только-только начали накладывать первые штрихи.
Так случилось, что многие из нас хранят в памяти лишь те моменты, когда было плохо. Нет, конечно есть и светлые, но те, что доставляют боль и слезы, как то держаться крепче, они не так легко уходят. Помнить — наихудшее проклятие.
-Все хорошо? - ее лицо, поменявшееся за эти пол часа так много раз, теперь обрело нечто более-менее основательное: радость. Легкая, светлая радость, будто ты всю дорогу тащил тяжелый мешок и наконец донес до дома, скинув у порога. Приятный озноб пробежал по спине, по каждому позвонку. Ее руки вспотели, но все это не имело значения, ведь все в порядке. -Все хорошо, - она улыбнулась, наконец посмотрев на врача. Посмотрев открыто, без смущения, сомнения, без всего, что заканчивается на -ая.
-Знаете, я не первый год сдаю анализы и каждый раз один и тот же эффект. Но почему то сегодня мне стало легче, чем прежде, - может из за того маленького счастья, которое бушевало внутри, у нее развязался язык, но ей невыносимо захотелось поделиться этим с тем, кто рядом. Шейн просидела так с минуту, переводя дыхание, успокаивая сердечный бит, разглядывая нового знакомого. Затем встала и, выпрямившись, направилась к двери. Почему она не поблагодарила его за хорошие вести? Прежде внимательная и благодарная, девушка совсем забыла сказать простое "Спасибо". Она остановилась у самого порога, разглядывая ручку, затем повернулась, - знаете, каждую пятницу после работы я хожу в кофейню, - как бы между прочим заметила она, наблюдая за спиной и белым халатом, который зашуршал от того, что тело мужчины напряглось и начало поворачиваться, -мы могли бы взять там кофе...или чай. В любом случае, стаканчики там не бьются, - Мориссей улыбнулась краем губ и вышла, так и не дождавшись ответа.
За дверью, в уже шумном и тесном коридоре ей дышалось очень легко. Будто легкие увеличились в полтора раза, а сердце достигла идеального ритма в шестьдесят ударов. Но перекрываю всю ту легкость и надежду, которые светились изнутри, в памяти всплыло еще одно воспоминание. Эти несколько минут, когда она впервые узнала о своей болезни. Казалось, это было так давно, будто и не с ней вовсе. Как она идет, ускоряя шаг и без оглядки. Пространство изгибается эхом. В ватной черноте, раскинув руки, будто после останется крестиком свет, она идет босыми ногами вдаль по балкам. В пробеле двух рельс, ступнями чувствуя прохладную ночную глину, стекло и машинное масло. Ни слова о свободе: здесь голоса без слов, движения стали самым ярким безучастным монологом к себе, нет поражения - только игры с Богом наедине, в глубине между вдох - выдохом. Ночь препарирует немых, укрывает слепых, просеивает тебя через сито. А она молиться. Молиться впервые, шелестя молитвенником. Путая руки, креститься, пересохшим голосом не выговаривая строк, но с судорогой становится легче. Ночь сшивает время глухими шагами, перетирает монологи в табак, изгибает реверансами тени. Было так больно и безнадежно. Страшно. Наверное, не существует пределов ужаса, который может испытать человек.

Отредактировано Shane Morrissey (2012-08-04 01:33:36)